Домой Работы Центра Статьи сотрудников Центра Особенности социализации мигрантов из Средней Азии  и СМИ

Особенности социализации мигрантов из Средней Азии  и СМИ

В статье рассматривается теоретический, а также  социально-психологические аспекты  трудовой миграции, особенности социализации мигрантов.

Феномен миграции в виде оттока работоспособного населения с территории пост — советского Узбекистана, прежде всего, социальное явление.

В  современном обществе принято считать, что основная причина миграции  населения из   этого региона  – это невозможность поддерживать достойный уровень жизни.

Миграция, как   способ приостановить медленную деградацию условий жизни и резкое снижение собственной  покупательской способности. Самими мигрантами  выезд на заработки  оценивается, как  временное явление.

Согласно исследованиям  французской исследовательницы  Софи  Массут, процесс миграции происходит в 3 этапа:

1 этап: выбор страны

2-этап: поиск и выбор   стратегии миграции с целью изменения социальной ситуации

3-этап: возврат мигранта в страну происхождения в новом качестве.

Как показывают сегодняшние реалии, они также становятся целью для вербовщиков радикальных течений, когда решает не возвращаться в свою страну, а двигаться дальше  в страны, где они постепенно сами становятся террористами.

Как  она заявляет  в своей работе, феномен миграции, независимо от выбранного направления и выбранной стратегии и амбиций мигранта, можно объяснить особенностями и ценностями узбекского общества и раскрывает некоторые грани узбекской идентичности.

«И здесь не говорится о создании диаспор  в местах скопления мигрантов: групп по этническим признакам. Мигранты  из Центральной Азии в новой стране не отстаивают  право сохранения своей идентичности и принадлежности к своей  культуре, по отношению к стране, которая их принимает, ни  по отношению  друг к другу. Они также не стремятся влиться в культуру принимающей  их страны, которую, по мнению исследовательницы, они воспринимают безразлично. «…Они отбрасывают ценности и особенности этой культуры. Эти страны, прежде всего, выступают для них  в качестве «эльдорадо», наряду с ностальгией по своей стране», пишет Софи Массут.

Страна куда прибывает мигрант из Центральной Азии  становится для него зоной транзита, где  мигрант не ведёт себя  так, как  он ведёт себя в обществе, из которого он произошёл, но и не впитывает ценностей новой страны, в которую он прибыл.

Он остаётся как бы непроницаемым культурой и ценностями  новой страны, его время, как бы застывает, а идентичность пребывает в скрытном состоянии.

Мигрант пребывает в  состоянии «переходной идентичности», когда все направленно на возможность заниматься максимально прибыльной деятельностью, не ища способа интеграции, поддержки и контакта с населением принимающей страны.

Не создавая никаких сообществ, мигрант  понимает, что существуют такие же, как и он другие мигранты, которые проживают такую же,  как и он жизнь.

«Парадоксально, что принадлежность к узбекской идентичности становится ключевым фактором явления миграции из Узбекистана», пишет Софи Массут.

Трудовой мигрант не уезжает для себя и для улучшения собственных условий  жизни, он «приносит себя  в жертву» как пишет Софи Массут, в соответствии с семейным решением.

Именно семейная стратегия и стратегия на уровне узбекского общества,  накладывает на мигранта определенную миссию, в основе которой лежит финансовое благополучие его семьи и её социальный статус  в данном  обществе.

Как утверждает Софи Массут:

«Семья инвестирует в мигранта  как в дом или в товар, и эти инвестиции  особенно рентабельны в преддверии  таких семейных событий, как свадьба или обрезание».

Она подчёркивает, что мигрант  позволяет своей семье реализоваться в  своей идентичности. Его труд и заработок заграницей позволяет обеспечить своей семье достойную жизнь на уровне узбекского общества.

Во время его нахождения заграницей для него как бы отсутствует социальный контроль, который присутствует  у него дома. Таким образом, основная задачи мигранта — обеспечить свою семью средствами, превышающими те суммы, которые были вложены в его миграцию.

Жертвенная миссия мигранта, когда он посвящает несколько  лет своей жизни для благополучия своей семьи — это условие нормального существования его семьи в узбекском обществе.

Таким образом, несколько лет своей жизни он живёт вне своей первоначальной идентичности.

Другим важным моментом является тот факт, что по возвращению мигранта в его стране не принято посвящать окружающих в детали и обстоятельства своей жизни в стране, в которой он зарабатывает средства на то, чтобы его семья  могла достойно жить у себя в стране. Такой специфический аспект миграции, как принцип замалчивания мигрантом его опыта миграции-это своего рода сакрализация данного опыта.

Окутывание мистикой   всего, что связанно с этим периодом пребывания мигранта в другой стране, считается необходимым условием  для благополучия его семьи на родине.

«В узбекском обществе становится нормой или даже новой традицией, что почти в каждой семье, кто-то работает заграницей для обеспечения нормальной жизни своей семьи в своей стране. Это возводится в ряд новых ценностей  узбекского общества.

И, постепенно, в традициях семьи, иерархия, которая строилась на показателях возраста теперь строится на том, кто больше приносит в семью денег. В семье и на уровне махали, происходит перераспределение зависимости. Мигранты становятся векторами этих изменений».

Возвращаясь из страны заработка в страну происхождения, мигрант меняет свой статус в обществе — он становится «новым узбеком». То есть, здесь возникает ещё и феномен перераспределения власти в обществе, когда «новым узбеком» выстраиваются новые взаимоотношения  власти в обществе.

Большинство мигрантов возвращаются в свою страну без прибыли и, учитывая, что государство и правительство считает мигрантов предателями и теми, кто своим отъездом осуждают условия жизни в стране, это  приводит к тому, что прибывшие без прибыли мигранты становятся в некотором роде изгоями.

Таким образом, как пишет Софи Массут, «… мигрант это не нищий в своей стране очарованный Западом, а действующее лицо нового ритуала, через который общество строит свою новую идентичность и адаптируется в изменяющемся мире. Мобильность в данном случае становится  гарантом стабильности».

Период заработка для мигранта-это своего рода новый ритуал и способ быть лучше- переходный период на пути обретения нового статуса.Именно этот фактор мотивирует его больше всего.

Странами наибольшей привлекательности для мигрантов являются страны Запада, такие как Германия, Португалия, Мальта, Франция, Англия. Страны Европейского Союза это притягательное направление для мигрантов, но  они трудно достижимы из-за сложности получения Шенгенской визы.

Более доступными для мигрантов странами  являются страны ближнего зарубежья, такие как Казахстан и Россия, далее это Корея и США.

Основными сложностями мигрантов на пути временного проживания являются:

1.Выбор места проживания

2.Поиск работы

3.Сложность интеграции в  стране пребывания.

Все эти сложности усугубляются ещё и тем, что мигранты не стремятся интегрироваться в новой стране —  большинство из них пребывают в стране временно и  возвращаются по истечению какого либо срока. Часто заработанные мигрантами средства инвестируются в миграцию другого члена семьи.

Массовый выезд мигрантов в Россию, порождает множество проблем, связанных не только с жильём, трудоустройством, акклиматизацией, но и с   их адаптацией  в новой,  во многом непривычной для них среде.

Переселение в другую страну всегда сопряжено с таким явлением как «культурный шок», непонимание, ощущение отчужденности. Калерво Оберг выделял шесть основных психологических признаков культурного шока:

  • Напряжение, сопровождающее усилия, необходимые для психологической адаптации.
  • Чувство потери или лишения (статуса, друзей, родины, профессии, имущества).
  • Чувство отверженности (неприятие новой культурой) и чувство отвержения (неприятие новой культуры).
  • Сбой в ролевой структуре (ролях, ожиданиях), путаница с самоидентификацией, ценностях, чувствах.
  • Чувство тревоги, основанное на различных эмоциях (удивление, отвращение, возмущение, негодование), возникающих в результате осознания культурных различий.
  • Чувство неполноценности вследствие неспособности справиться с новой ситуацией.

Как пишет в своей работе Г.У.Солдатова, местные жители с опаской и недоверием принимают приезжих: «В    глазах местных жителей,  трудовые мигранты,  выглядят агрессивными, раздражительными, нервными, недоброжелательными, недоверчивыми, неуверенными, забитыми приспособленцами, высокомерными, наглыми.

В свою очередь,   трудовые мигранты характеризуют местных жителей, как равнодушных, холодных, ленивых, завистливых, лицемерных, грубых, продажных и невнимательных». Подобные представления отражают высокую степень взаимного  неприятия и обостряют отношения между мигрантами и местными жителями, являясь важным фактором, порождающим межэтнические конфликты. Существенно влияют и  миграционная политика принимающей страны, когда  работодателю невыгодно легализировать мигранта, а то, что  мигрант этим самым находится в уязвимом положении позволяет им  снять с себя ответственность за нарушение его прав. В случае с трудовыми мигрантами из ЦА это также влияет и на желание  самого мигранта интегрироваться в стране пребывания.

В странах, откуда и куда прибывает трудовой мигрант  встреча с другой культурой часто сказывается на последующем восприятии страны пребывания. Пребывание в непонятной и часто недружественной   среде, неопределённость статуса и самоидентификации  способствуют появлению  противоречия между ценностями собственной  этнической культуры и той культурой, куда приехал мигрант.

Учитывая, что большинство мигрантов из стран Средней Азии это малоквалифицированные рабочие, им, в основном, предлагается работа на стройках, в торговле, в домоуправлении — там, где не требуется высокая квалификация. В то же время они остаются практически изолированными от местного населения.

Большинство  представителей титульной нации страны, в которую прибывает мигрант, понимают, что в республиках Центральной Азии  безработица, однако социальный протест против несправедливости в массовом сознании части россиян часто проецируется на  мигрантов. Результаты международной конференции показали, что «… что согласно последним исследованиям, в России  высок уровень готовности к насилию, в том числе и по этническому признаку, по отношению к мигрантам.40 % этнических русских заявили, что они были бы рады, если бы представители других национальностей из их населенного пункта насильно выселили. Рост агрессивности социологи обнаружили у всех Россиян-53 % признают, что у них бывают, столкновения на национальной почве,70 %  не русских признают, что   испытывали неприязнь к людям некоторых национальностей. Насильственное выдворение иммигрантов-представителей других народов из своего населенного пункта одобрили бы 40% русских и 24 % не русских.

Против выселения выступили бы 44 % русских и 50% не русских.45 % русских считают, что насилие допустимо, если нарушена справедливость в отношении их народа и веры». Получается, что возникает ситуация, когда население России не довольно появлением на своей территории больших национальных групп, даже при условии соблюдения ими  требования закона, усердно трудящихся и платящих налоги государству.

Немаловажный аспект дезадаптации  мигрантов это   и доступ к социальной защите и здравоохранению. Языковый барьер, отсутствие страховки, различия в культурах,  административные препятствия, вследствие чего труднее всего приходится незарегистрированным мигрантам, приводят к тому,что мигранты  обращаются к врачу только тогда, когда  им требуется неотложная помощь.

Наблюдается развитие социальной напряженности в обществе  и распространяется  идея национальной нетерпимости как среди населения, так и в среде мигрантов.

Существующие теории

Мигранты — это люди, которые вырываются из насиженной культурной ниши, лишаются смысловых ценностных ориентиров. Часто они не могут, а иногда и не хотят встраиваться  в иную культурную нишу и  обрести  новую идентичность.

«Человек незваный попадает в мир незнакомый и неопределённый без гарантий.»

Каждому народу свойственно стремление к позитивной этнической идентичности, т.е. к сохранению своей целостности и неповторимости своей этнической общности в этнокультурном многообразии мира, пишет Г.У.Солдатова.

Этническую идентичность по типу «Нормы», в своей работе «Психология этнической идентичности», она характеризует,  как : «высокая толерантность и готовность к межэтническим контактам». В противоположность космополитизму, как пишет  Г.У.Солдатова, человеку  с нормальной этнической  идентичностью свойственна естественное предпочтение собственных этнокультурных ценностей.

Распространённое жёсткое разделение на «своих» и «чужих» порождает негативные образы «чужих» и враждебных установок по отношению к ним, а также иерархическую авторитарную  точку зрения на групповые взаимоотношения, в которых «своя»группа доминирует, а «чужие» группы ей подчиняются. Наличие в этническом самосознании предрассудков и обиды-накопителей раздражения укорачивают расстояния между интенциями и фактическими действиями в направлении ограничения возможностей, прав и привилегий, которыми могут пользоваться члены дискриминируемой этнической группы, а также нередко ведут к массовому и индивидуальному насилию на национальной почве”, Г.У.Солдатова.

Все эти предрассудки и стереотипы, указывает она,  приводят к тому, что  на бессознательном  уровне отбираются личности или группы и на них проецируется  все то, что  считается для себя нежелательным.

Р.Фишер даёт такое определение межэтнического конфликта:

Это такая социальная ситуация, для которой характерно несоответствие в целях или ценностях между двумя или более сторонами, стремление сторон контролировать друг друга и антагонические чувства друг друга.

В своей работе «Компенсаторный механизм «наказанных народов»Карл Юнг пишет: «…Социальная напряженность, достигнув высокого уровня, трансформируется в межэтническую.»Согласно ему, насилие во всех этих случаях выступает как средство социального контроля. В ситуации конфликтной межэтнической напряженности все этнические образы преломляются сквозь призму конфликта, пишет он. Психологическая дистанция между эмоциональными  системами, включающая собирательные образы союзников и врагов возрастает.

Мигранты из Средней Азии независимо от своих индивидуальных особенностей и достоинств, как правило, составляют массу ненужных людей, лишенных элементарных социальных прав, представляющих обузу для общества как своего, так и того в которое они попадают. Их встречают с предубеждением и недоброжелательностью.

Защитный механизм проекции собственных враждебных чувств действует с обеих сторон: жители страны,  в которую прибывает мигрант « склонны приписывать им корысть, ответственность за теракты, заказные убийства, криминальные разборки», в свою очередь прибывшие опасаются лишний раз выходить на улицу и показываться на глаза представителям власти страны, в которую они   прибыли.

В этой связи проблема эффективности адаптации и ресоциализации к новой культуре имеет особую актуальность.  «Когда человек оказывается в ситуации потери смысла, в смысловом вакууме вынужденного мигранта возникает необходимость найти для него смысловой костыль-вновь встроить его в культуру».

Психоаналитик Эрик Эриксон в своей работе «Поиск идентичности» также описал феномен деперсонализации-потери «я феномена» потери смысла при резком изменение социальной ситуации:

« Учитывая индивидуальные особенности мигранта  необходимо выработать стратегию его адаптации   в новой культуре и возможные проблемы, с которыми он столкнётся в процессе адаптации. В подобном процессе происходят существенные изменения в структуре идентичности, как самих мигрантов, так и  жителей той страны, в которую они прибывают. Под влиянием потери ориентиров в социальном пространстве возникает необходимость пересмотра сложившихся категорий.

Индивиду необходимо найти новую социальную реальность и сопоставив её с тем, что  он думает о самом себе, определиться с собственной групповой принадлежностью и сделать соответствующий выбор».

Мигрант из Центральной Азии  зачастую не  спешит делать этого выбора.

Но, мигрант из ЦА, как пишет Софии Массут « часто не стремится выстроиться в новую культуру, а оценивает своё состояние как временная необходимость и тогда речь не идёт об адаптации, он балансирует между своей  собственной культурой и культурой страны, в которую прибывает».

Эрик Эриксон выделил позитивную и негативную личностную идентичность: «Позитивная идентичность твёрдое  усвоение социокультурных личностных установок. Негативной идентичности свойственна, затруднена интериоризация культурных и ценностных установок.»

Согласно этой теории,  мигрант из ЦА больше оценивается как  личность «негативной идентичности», потому что он не стремится вписаться в новое общество, его задача заработать денег и вернуться в свою страну к своей семье, в то время как позитивная социальная идентичность оказывается основной установкой позволяющей мигранту вписаться в новое общество и пойти по пути социально-культурной адаптации.

Отсутствие  полноценного общения и взаимодействия с местным населением  приводит к возникновению характерного для большинства мигрантов чувства отчуждения и ненужности и бесполезности. Социально стрессовые условия, в которых вынуждены пребывать мигранты приобретают затяжной характер, что не может не отразиться на  их состоянии психического здоровья. Это ситуации, в которой субъект сталкивается с невозможностью реализации внутренних необходимостей своей жизни(мотивов, стремлений, ценностей и прочего). Эта ситуация описывается такими ключевым понятиями как конфликт или психологический кризис, общим проявлением которых является повышенная эмоциональность, обусловленная необходимостью переосмысления человеком своего места в жизни, душевный спад, внутренняя растерянность, повышенная уязвимость.

Учитывая, что основная масса мигрантов из ЦА  в основном не стремится к адаптации, а находится в состоянии  пребывания в стране для улучшения жизни своей семьи в своей стране они как бы  «застревают» в ситуации без внешней  поддержки и сознательно «жертвуют»своим комфортом ради благополучия своей семьи. Подобная  деградация  сознания сопровождается потерей жизненных сил, а также нарушением социального функционирования.

Личность мигранта фиксируется на негативном аспекте опыта, что сопровождается потерей перспективных целей жизни и может привести к  депрессии, апатии, повышенной личной тревожности и другим деструктивным изменениям личности, сопровождаемым как психическим, так и психосоматическим расстройством.

Расстройство психики,согласно  Эриксона,  часто протекает по  варианту:

  • Апатия
  • Безынициативность
  • Деструктивная агрессивность
  • Аффективная неустойчивость
  • Снижение толерантности к психологическим факторам

Нарушение в различных сферах психического здоровья мигрантов, накладываясь одно на другое,  приводят к глобальным проблемам личности. Важнейшая из  них – проблема кризиса идентичности. «Нарушение в эмоциональной сфере  мигрантов очевидны и разнообразны: от безразличия до подавленности и потери интереса к жизни, заторможенность, переходящая  в апатию и депрессию, до раздражительности, агрессивности и неконтролируемых вспышек гнева.

Тяжело переживается и невозможность удовлетворить как высшие, так и низшие потребности».

Психическое здоровье определяется ещё и тем, в какой  фазе  миграции находится человек, а так как  мигрант из ЦА не стремится перейти  с одной фазы  на  следующую  дополнительно усугубляет его положение.

Т.Т.Стефаненко выделила обобщенный образ человека, который лучше всего подходит для жизни в другой культуре: «Профессионально компетентный, имеющий высокую самооценку человек, общительный индивид экстравагантного типа, человек, в системе ценностей которого большое место занимают общечеловеческие ценности, открытый для  самых разных взглядов, интересующийся окружающими, а при урегулировании конфликтов, выбирающий стратегию сотрудничества.»

Такой тип личности достаточно неплохо вписывается в новое общество, но, в своей основной массе-мигранты из ЦА это  люди, которые прибывают в страну и готовы работать на самых не престижных  работах, за которые не берутся представители титульной нации.

Мигрант из ЦА, согласно Стефаненко, это «…интровертировано направленная личность, с ограниченными возможностями обращения за социальной поддержкой,  с высоким уровнем нейротизма,  у которого индивидуальные, типологические характеристики, связанны с эмоциональной нестабильностью и пониженной фрустрационной  толерантностью».

С.Бокнер выделиляет 4 стратегии аккультурации:

  • ассимиляция
  • интеграция
  • сепарация
  • маргинализация

В своей работе «Психология беженцев и вынужденных мигрантов» Г.У.Солдатова пишет: «Эти стратегии имеют различные названия, в зависимости от того, какой тип группы (доминирующий или недоминирующий) рассматривается в данный момент. Недоминирующим группам, члены которых не стремятся сохранить культурное своеобразие и ежедневно ищут взаимодействие с другими культурами, соответствует стратегия Ассимиляция.

Напротив, стратегия индивидов, пытающихся сохранить свою исконную культуру и, в то же время, пытающихся избежать влияния других культур, определяется как Отделение. Когда же речь идет о желании не только сохранить культурную самобытность, но и непрерывно взаимодействовать с другими группами, мы имеем дело со стратегией Интеграции. В этом случае сохраняется определенная культурная целостность, а также проявляется стремление участвовать на правах интегрального члена в более широкой социальной сети.

 Наконец, в случае если интерес либо возможность сохранения культуры невелика (часто по причине навязанного отказа от культуры), и заинтересованность в отношениях с другими практически отсутствует (по причине исключения из коллектива или дискриминации) имеет место стратегия Маргинализации».

Эта классификация основана на допущении, что недоминирующие группы и их отдельные члены имеют свободу выбрать свой способ аккультурации.

Когда доминирующая группа навязывает некоторые формы аккультурации,заявляет она, или ограничивает выбор недоминирующих групп или индивидов, следует использовать другие термины.

В подобной ситуации, по её словам, люди могут иногда выбрать Отделение; однако если отделения требует от них доминирующее общество, это не что иное, как Сегрегация. Точно так же, желанию Ассимилироваться, противопоставлено понятие Котла (Melting Pot), причем применение последнего, как правило, более подходит на Скороварку (Pressure Cooker).

В случае Маргинализации, выбор редко бывает добровольным. Она скорее бывает вызвана попытками насильной ассимиляции.

Интеграция может быть выбрана только ‘свободно’ и успешно реализуется недоминирующими группами исключительно при условии, что доминирующее общество открыто, и стремится к культурному разнообразию.

Из этого следует, что интеграция требует взаимной стратегии на сближение, под которой понимается признание обеими группами права каждой из них на существование в качестве отдельных народов. Данная стратегия требует, чтобы недоминирующие группы приняли базовые ценности большего общества, доминирующая группа должна быть готова адаптировать свои государственные институты (например образование, здоровье, труд) к новым условиям так, чтобы они более соответствовали нуждам сформировавшегося многоукладного общества.

Очевидно, что стратегия интеграции встречается только в обществах, которые уже являются разнокультурными, и в которых прослеживаются определенные психологические предпосылки,как  это подтверждают  психологи Берри  и Калин.

«Эти предварительные условия таковы: широко распространенное стремление к культурному разнообразию в обществе (т.е. наличие положительной ‘разнокультурной идеологии’); относительно низкий уровень предрассудков (т.е. минимальное распространение национализма, расизма и дискриминации); позитивные взаимоотношения среди культурных групп (т.е. отсутствие межгрупповой вражды); и ощущение всеми группами связи, или отождествления, с доминирующим обществом.» (Калин и Берри, в прессе).

Также очевидно, что интеграция может иметь место только при условии, что другие члены этнокультурной группы разделяют желание сохранить культурное наследие группы. В этом смысле, эти две стратегии ‘коллективны’, притом, что ассимиляция более ‘индивидуалистична’ (Лалонд (Lalonde) и Камерон (Cameron), 1993; Мохаддам (Moghaddam), 1988). Однако были отмечены и другие ограничения выбора стратегии аккультурации. Можно привести в пример тех, чьи физические особенности отделяют их от общества (например корейцы в Канаде или турки в Германии). Это, в свою очередь, способствует возникновению предубеждений и дискриминации и может вызвать нежелание участвовать в процессе ассимиляции (Берри и др., 1989).

Отношение индивидов и групп к этим четырем путям аккультурации может меняться, и их фактические модели поведения  при этом будут меняться соответственно.  Эти модели поведения составляют то, что называют стратегиями аккультурации. Как  об этом пишут   многие исследователи,национальная политика и программы могут также служить предметом анализа в рамках этих четырех подходов.

Некоторые из них четко ориентированы на ассимиляцию, предполагая, что все иммигранты и этнокультурные группы должны уподобляться доминирующему обществу, другие направлены на интеграцию и охотно принимают и включают в свой состав все группы, причем в большей степени на их собственных культурных условиях. В то же время, в некоторых обществах ведется политика сегрегации, либо предпринимаются попытки маргинализации нежелательных групп.

Общие категории последствий межкультурного контакта для группы которые выделяет С.Бокнер :

1.Геноцид, т.е. уничтожение противостоящей группы

2.Ассимиляцию-т. Е. постепенное, добровольное или принудительное принятие обычаев, верований, норм доминантной группы вплоть до полного растворения в ней.

3.Сегрегация, т.е. курс на раздельное развитие групп

4.Интеграция, т.е. сохранение группой своей культурной идентичности при объединении  в единое сообщество на новом значимом основании.

Он также даёт  определение последствий этих 4-х возможных межкультурных контактов.

Согласно ему, в процессе адаптации  перебежчик отбрасывает собственную культуру в пользу чужой, шовинист чужую в пользу собственной, маргинал-колеблется между двумя культурами, посредник синтезирует  две культуры, являясь их связующим звеном.

На пути ресоциализации мигрантов, выходцев из Центральной Азии  социальные установки негативного характера, формируемые СМИ по отношению к этим мигрантам  могут создавать препятствие их социальной адаптации в данной среде. На фоне сильной привязанности к своей семье в их родной стране, они подвергаются эмоциональному давлению  как в стране, которая из принимает, так и в стране из которой он прибывает.

Жертвенная миссия мигранта, когда он посвящает несколько  лет своей жизни для благополучия своей семьи это условие нормального существования его семьи.

Таким образом, несколько лет своей жизни он не только живёт вне своей идентичности, но и становится объектом недовольства со стороны принимающей их страны.

Распространение стереотипов с негативным оттенком через СМИ препятствует их социализации и влияет на усиление межэтнической напряжённости, приводит  к потере толерантности, как со стороны принимающей стороны, так и  со стороны самих мигрантов.

В  научной литературе встречается также понятие «Позитивной адаптации».

Позитивная адаптация становится возможной тогда, когда она основана на стратегии достижения ярко выраженного личностного роста, актуализации всех знаний и навыков в благоприятных социальных условиях, положительного восприятия культурных стандартов и социально-культурных практик повседневной жизни в новой социальной среде, но мигрант из Центральной Азии большей частью не стремится к позитивной адаптации и  пребывает в  состоянии маргинала, поэтому и тип  его адаптации носит негативный характер.

Этнокультурные различия  сознания народов, создавая барьеры в межкультурной коммуникации, проявляются не только  в ситуации открытых конфликтов, но и латентно в социальных практиках повседневности.

Процесс социальной адаптации тесно связан с процессом социализации индивида, интериоризацией общественных и групповых норм.

Социальная адаптация предполагает как приспособление индивида к условиям жизнедеятельности (пассивная адаптация), так и активное целенаправленное изменение условий (активная адаптация). В качестве разновидностей социальной адаптации можно выделить также социокультурную или межкультурную адаптацию. Под межкультурной адаптацией понимается процесс, благодаря которому человек достигает соответствия и совместимости с новой культурной средой, а также и результат этого процесса. Обычно выделяют внутреннюю сторону адаптации, выражающуюся в чувстве удовлетворённости и полноты жизни, и её внешнюю сторону, которая проявляется в участии индивида, в социальной и культурной жизни новой группы. Активность мигрант  из Ц.А.проявляет, в основном, в поиске работы, где он может заработать максимально средств, чтобы вернуться в свою страну.

Внутренним источником социально-культурной адаптации является несоответствие освоенных, привычных форм и способов культурной деятельности новым потребностям и возможностям  адаптантов в условиях изменившейся социальной среды.

Успешность и не успешность адаптации  человека  определяется также  внутренней  мотивационной структурой его личности, зависит также и от иерархии мотивов личности, которые будут определять выбор и реализацию его соответствующей модели поведения.

При этом успешность адаптации предполагает достижение социальной и психологической интеграции с другой культурой без потери богатств собственной, но мигрант из Ц.А. (может мягче, «большинство»)не стремится к такого рода интеграции.

Стратегию ассимиляции выбирают мигранты с самым низким показателем выраженной позитивности этнической идентичностью, но обладающие выраженной общегражданской идентичностью.

Гармоничная личность с выраженной позитивной этнической идентичностью, будучи мигрантом, выбирает стратегию интеграции, а являясь членом доминирующего общества, имеет аналогичные аккультурационные ожидания.

Адаптированость — не просто способность к выживанию в новых условиях.

С социальной адаптацией активной или пассивной тесно связанна адаптация психики (?!!). Таким образом, адаптация человека выступает как весьма сложное  и социально обусловленное  явление, для которого характерна  противоречивое единство 3-х уровней адаптивного поведения человека:

  • Биологического
  • Психологического
  • Социального

Одни и те же изменения среды могут оказывать различное влияние и по-разному восприниматься человеком, побуждая его к тем или иным адаптивным стратегиям в зависимости от пола, возраста, статуса образования, имущественного статуса, этнической   принадлежности и культурно-языкового потенциала и психологических характеристик.

Но в данном случае с мигрантами из ЦА факт того, что они не стремятся к  позитивному типу адаптации ещё более усложняет их положение и обостряет отношение к ним со стороны принимающей страны. Эти  мигранты  не принимают обязательств  страны, которая их принимает и этим ещё больше обостряют имеющееся к ним отношение.

Часто это происходит в силу того, что они боятся, что не смогут вернуться к своей семье, если примут обязательства новой страны (регистрация, легализация, гражданство и т.д.). «Адаптация является одной из сторон процесса социализации, который непременно переживает каждый индивид в ходе своего взросления».(http://socwork.ru/article/843)

Сам по себе термин социализации,  согласно  определения К.Ойстера, процесс индивидуального выбора, вступления, групповой принадлежности и ухода из группы,  происходит в несколько этапов:

1.Оценка группы

2.Принятие обязательств

3.Ролевые переходы.

Каждый из этих процессов взаимодействия имеет взаимный характер, каждый должен быть изучен с двух точек зрения индивида и группы.

Но в данной ситуации с мигрантами из Центральной Азии, социализации  классического типа  не происходит, потому, что мигрант застревает в первой фазе-фазе оценки, в положении маргинала, да и страна  пребывания не стремится, чтобы мигрант обрел новую идентичность, а чиновников подчас  даже устраивает такое положение мигранта, когда он наиболее уязвим.Таким образом, согласно теории Ойстера, мигранты  застревают на первой стадии социализации-оценке.

Кроме того на процесс оценивания в значительной степени влияет не только  квалификация и характеристики человека, но и, то насколько группа и человек подходят друг  другу.

Лучшим кандидатом на вступление в группу является человек, который в неё вписывается. Группе, как считает К. Ойстер,   постоянно нужна «свежая кровь» — люди с новаторскими идеями и прогрессивными навыками. И это не должно быть причиной дискримации по отношению к тем, кто не такой как мы.

В данном случае, мигранты из Средней Азии это те, кто выполняют ту работу, которую доминирующая нация в данном регионе выполнять не хочет. Под принятием обязательств мы понимаем «длительную приверженность». Это личное желание человека вкладывать в группу свои ресурсы-время, деньги, или энергию. Это желание оставаться в группе  и добиваться с ней успеха. Это обязательства перед группой(Thibault & Kelly)(теория социального обмена). Мигранты из ЦА не стремятся принимать эти обязательства. Оценка и принятие обязательств связанны между собой. Важным остаётся вопрос о ролевом переходе. Когда мы в процессе социализации переходим с одной стадии на другую, меняются ожидания  группы в отношении нашего поведения и наши  роли. Процесс адаптации включает  не только социализацию, но частичную ресоциализацию — усвоение  новых норм и установок взамен тех что постепенно утрачивается, а также их согласованность с усвоенными ранее без разрушения оформленной картины мира.

Согласно  модели Мореланда и Ливайна (Джон Ливайн (Moreland R. & Levine)  процесс социализации состоит из 7 стадий:

1.Исследование

2.Вхождение

3.Социализация

4.Принятие/поддержка

5.Отклонение

6.Повторная социализация

7.Воспоминание

Согласно этой модели:  на первой стадии ресоциализации человек, принадлежащий к своей группе из которой он хочет перейти в другую группу изучает несколько возможностей, которые ему представляютя. Он изучает и выясняет как можно больше о  преимуществах и недостатках той группы, в которую он стремится перейти. Пока он оценивает группу группа оценивает его. В момент изучения альтернатив вступления в группу его обязательства перед группой достаточно слабы. И группа не держится за кандидатуру. Но как, правило, человек, который уже решил перейти в другую группу на  этой первой стадии ещё не принадлежит к выбранной группе и не ограничен её нормами. Наконец он суживает спектр альтернатив и определяется с выбором группы и возможно противоположная сторона тоже хочет его заполучить.

«При наличии положительной оценки с обеих сторон, прибывший становится новым членом группы и начинает вести себя в соответствии с новой ролью».

Мигранты и принимающая сторона относятся друг к другу  взаимопотребительски, чем и объясняются отчасти основные конфликты, которые уже  заложены в самой форме их отношений.

Почти всегда существует процесс инициации в процессе, которого новичков «учат  жизни». Чем больше мы хотим стать частью группы, тем хуже с нами будут обращаться и тем больше нам придётся вложить в группу. Исследования показывают, что чем сложнее обряд инициации, тем выше уровень обязательств. Согласно этой теории, человек отчаявшийся стать членом группы сделает практически всё, чтобы его приняли: «Иногда, чтобы стать членом группы необходимо заплатить слишком высокую цену.»

Но мигрант  из ЦА  часто не стремится стать членом группы не только из-за отсутствии желания проходить процесс инициации, и «платить слишком высокую цену», следовательно, он не переходит на следующую стадию, вступления в группу -его основная  задача-это заработать деньги и вернуться в свою страну.Социум,в целом, понимает это и относится к мигранту соответствующим образом,  поскольку в результате двухсторонней оценки,  «вживание» нового члена в группу не происходит. Подобное потребительское отношение мигранта к стране, в которую он прибывает, раздражает членов  социкма, что приводит к взаимным конфликтам.

В случае с мигрантами из ЦА, обязательства мигранта по отношению к  группе это его работа за определённый заработок, своего рода транзакция  при которой мигрант не проходит все стадии социализации.

Отсутствие прописки, трудности  получения регистрации также является причиной отказа в  получении работы и жилья. Отсутствие Российского гражданства не даёт возможность получения достойной работы, а смена гражданства часто чревата сложностями на своей родине, где у трудового мигранта остаётся его семья.

Глубинной основой этого процесса является деформация  мотивационно-потребностной сферы самосознания, в том числе потребности в идентичности, социальной присоединенности.Это потребность социальной присоединённости, как возможность принадлежать к группе, которая способна защитить, сохраняют свою значимость.

Но «… мигранта может защитить только его семья,но она далеко,а его страна относится к нему как к предателю»,  пишет в своей работе Софи Массут.

Таким образом, конфликт  заложен уже внутри этих взаимоотношений, так как приезжие  в страну и те, кто их  принимает, находятся во взаимно потребительских отношениях.

Мало кто из мигрантов стремится  адаптироваться в стране и получить гражданство.

К этому стремятся, в основном, образованные и грамотные люди. Основной  же поток мигрантов стремится вернуться в страну своего происхождения. Эти взаимнонеприемлемые отношения порождают целую серию стереотипов, которые не только отражаются в СМК, но ими, же и формируются.

Психологический механизм стереотипизации, согласно  Стефаненко, во все времена использовался в различных реакционных политических доктринах, санкционирующих  захват и угнетение народов, для сохранения господства поработителей путём  насаждения негативных стереотипов о побеждённых и порабощенных.

Враждебные и полные предрассудков этнические стереотипы, а не механизм стереотипизации сам по себе-явление сугубо отрицательное, способствующая стабильности межэтнических отношений основанных на господстве и подчинении.

Эти стереотипы, распространяемые в СМИ  подогревают межэтническую напряженность и способствуют возникновению межэтнических конфликтов.

В мировой истории мы встречаемся  с бесчисленным количеством  примеров агрессивного поведения, прямо направленного на членов чужой группы, которые воспринимаются ответственными за негативные события-эпидемии, голод и другие несчастья. Все эти события могут также подстёгиваться СМК.

При освещении острых конфликтов, даже нейтральные с точки зрения стороннего наблюдателя сообщения могут привести к вспышке эмоций и эскалации напряженности.

Было бы крайним упрощением считать, что негативные стереотипы могут быть разрушены директивными указаниями, а знакомство с непривычными традициями, обычаями и образом жизни не вызовет неприятия.

Стереотипы, существующие по отношению к мигрантам в обществе, куда прибывают мигранты влияют на то, как к ним относится принимающая сторона и этим самым способствует межэтнической напряженности и осложняет сам процесс ресоциализации мигрантов в данном обществе. Но и стереотипы  самих мигрантов тоже не способствуют сближению этих двух групп в усло виях, когда информация  становится всё более значительным элементом существования в обществе, коммуницирует современные ценности, а также и отражает их.

Имеет ли здесь место манипулирование  общественным сознанием с целью осознанного распространения стереотипов и навязывания определенного мнения по отношению к трудовым мигрантам  и  влияние стереотипов отражаемых  в СМИ на  проблему социализации мигрантов?

Каково же  влияние  СМК в росте напряженности между «своими» и «чужими»?

СМИ стремятся сделать свои сообщения максимально эффективными.

Согласно Аронсону ключевыми факторами  сообщения являются:

1.Источник сообщения (Кто говорит?)

2.Характер сообщения (Как говорит?)

3.Характеристика аудитории (Кому говорят?)

4.Общий характер сообщения (Кто? Как* и Кому говорит?)

В своей работе «Психология массовых коммуникаций» Богомолова Н.Н. упоминает о Г.Лассуеле авторе популярной модели 5 вопросов:

1.Кто? (Передаёт информацию-сообщение) — Коммуникатор

2.Что? (содержание) — Сообщение

3.Как? (Каким образом осуществляется передача сообщения) — Канал

4.Кому? (Направленно сообщение) Аудитория

5.С каким эффектом? эффективность

Направленность массовых коммуникаций, как пишет Богомолова, одна из отличительных особенностей«её ярко выраженная социальная направленность-это всегда социально выраженное общение. Это сообщение не для одного конкретного человека, или малой  группы, но для больших социальных групп — для массовой аудитории.»

Современные технические средства дают  возможность передавать колоссальные объёмы информации, но это не происходит стихийно или спонтанно, но организованно.

Сама деятельность СМИ организуется и управляется специальными учреждениями

-редакциями газет, каналами радио и телевидения, которые в конечном итоге

реализуют интересы той или иной социальной группы. Таким образом, СМК имеют не только организованный, но и институциональный характер. В таком общении часто отсутствует прямой непосредственный контакт  коммуникатора с аудиторией — реципиентом- получателем.

Существует основное диалектическое противоречие, как пишет Богомолова: «Преодоление  времени и пространства достигается СМК за счёт потери одного из ценностных качеств межличностного общения, а именно возможности сразу в процессе  прочувствовать обратную связь, реакцию на своё сообщение.»

Современное средство такое, как интернет сегодня позволяет получить эту обратную связь в виде комментариев и форумов читателей, когда коммуникатор может ознакомиться с мнением реципиента по поводу высказанной им идеи. Таким образом, взаимодействие СМИ и реципиента всё чаще получает интерактивный характер.

Все вышесказанное вполне объясняет почему  трудовые мигранты так лекго подверженны обработке вербовщиков радикальных течений.

Библиография:

1.Софи Массут, Sophie Massot

«Enjeux politiques et identitaires de la migration

internationale des Ouzbeks vers trois pôles urbains

(Moscou, Séoul, New York)»

  1. Калерво Оберг, «Культурный шок»

3.Г.У.Солдатова, «Психология этнической идентичности», «Психология беженцев и вынужденных мигрантов»

4.Р.Фишер, «Теория потребностей,социальная идентичность и эклектическая модель когфликта»

5.Карл Юнг, «Компенсаторный механизм «наказанного народа»»

6.Эрик Эриксон, «Поиск идентичности»

7.Т.Т.Стефаненко, «Этнопсихология»

8.С.Бокнер, Stephen Bochner The Psychology of Culture Shock

Colleen Ward,Stephen Bochner,Adrian

9.Берри и Калин, John W. BerryRudolf KalinDonald M. Taylor Multiculturalism and Ethnic Attitudes in Canada

10.К.Ойстер, «Социальная психология групп и социализация в группах»

  1. Thibault & Kelly «Теория социального обмена»

12.Мореланд и Ливайн ( Levine, J. M., & MorelandR. (1994). Group socialization: Theory and research. In W. Stroebe & M. Hewstone (Eds.).

13.Аронсон, «Социальная психология»

14.Богомолова , «Психология массовых коммуникаций.»

15.Р.Браун, «Отношения между группами»

Саида Арифханова